Sidebar

В связи с частыми изменениями в законодательстве, информация на данной странице может устареть быстрее, чем мы успеваем ее обновлять!
Eсли Вы хотите найти правильное решение именно своей проблемы, задайте вопрос нашим юристам прямо сейчас.

Признавая действия по оформлению и выдаче ценной бумаги односто - ронньо-управоможуючим сделке, рассмотрим проблему вы-значение последствий несоблюдения формы (и реквизитов) эти бумаги, установленных положениями законодательства о ценных бумагах по сравнению с общими положениями ГК Украины. В случае ее несоблюдения возникает несколько проблем, решение которых имеет как теоретическое, так и практическое значение. Обратимся к правовым последствиям несоблюдения формы сделки, которая заключается в оформлении и выдачи документарного ценной бумаги, исходя из общих положений ГК Украины. Согласно ч. 1 ст. 218 ГК Украины, правовым последствием несоблюдения простой письменной формы любого гражданско-правового сделки является исключение из доказательной базы, подлежащей учету судом, рассматривающим спор, свидетельских показаний. Это означает законодательное сужение круга допустимых законодательством доказательств факта заключения сделки. Несоблюдение простой письменной формы в соответствии с положениями актов действующего гражданского законодательства Украины приводит к недействительности сделки только в случае, когда такое последствие прямо указан в законе.

В одном из значений сертификат документарного ценной бумаги подлежит рассмотрению как форма односторонне-управоможуючого сделки, совершается эмитентом с соблюдением определенных для его видовой конструкции обязательных сведений (реквизитов). Аналогичного мнения придерживается и Д. В. Мурзин, замечая, что «указание на оформление бланка как на дополнительное требование к форме сделки дает основания говорить о форме ценной бумаги как квалифицированную форму письменного соглашения (курсив мой. - В. Я.)». Поэтому вопрос о возможности распространения на действия эмитента по оформ-нию сертификата документарного ценной бумаги правовых по-следствий несоблюдения простой письменной формы сделки следует решать положительно. Впрочем, в этом случае необходимо учитывать устоявшийся в общей (инструментальной) теории права и отраслевых науках подход к определению соотношения общих и специальных норм права. Он заключается в использовании для регламентации соответствующего круга общественных отношений общих норм права только в случае отсутствия специальных или дополнительно к ним (при условии отсутствия их коллизийности). Исходя из этого, при определении последствий игнорирования эмитентом обязательных требований относительно формы реквизитов документарного ценной бумаги следует учитывать положения специальных норм права. В частности, ч. 2 ст. 196 ГК Украины устанавливает, что документ, который не содержит обязательных реквизитов ценных бумаг и не соответствует установленной для них форме, не является ценной бумагой. Другие более содержательно взвешенные последствия предусматривают аналогичные положения ГК Российской Федерации.

Из анализа правовых последствий несоблюдения установленной фор-мы и реквизитов в ходе оформления документарного ценной бумаги, определенных положениями ГК Российской Федерации, следует, что сформулированные в нем аналогичные отечественным положение грунта-туються на учете значение его сертификата как особой письменной формы сделки. В частности, п. 2 ст. 144 ГК Российской Федерации устанавливает императивное правило, согласно которому отсутствие обязательных реквизитов ценной бумаги или его несоответствием установленной для него форме приводит к его ник-учтивости. Толкование положений указанной редакции рассматриваемой статьи ГК Российской Федерации, исходя из буквального значения союза «или», делает выделение в указанной норме двух самостоятельных оснований ничтожности ценной бумаги - его-соответствие требованиям формы сертификата и неучет необходимых для его действия реквизитов. Кроме того, легальное по-законодательная использования термина «ничтожество» относительно ценной бумаги достаточно убедительно свидетельствует о законодательном признании действий по его оформлению сделкой. Ведь термин «ничтожный» с момента его введения в правовой обиход и до традиционно используется в цивилистике для обозначения одной из групп не-действительных сделок. На неточность и противоречивость термина «ничтожная сделка» обращал внимание М.М. Агарков, отмечая, что ничтожным бывает волеизъявления, а не сам сделка. Положения актов российского гражданского законодательства следует признать более последовательными при определении правовых последствий несоблюдения формы или реквизитов ценных бумаг. Анализируемая статья ГК Российской Федерации в названных двух случаях предусматривает возможность признания недействительными юридически значимые действия по распространению на соответствующую категорию имущественных прав правового режима ценной бумаги. Поскольку действия, результатом которых является установление выраженных в ценной бумаге прав, состоят из двух, хотя и взаимосвязанных, но все-таки в известной мере самостоятельных юридически значимых актов - его оформление и эмиссии путем передачи первом приобретателю, следует отметить следующее. По общему правилу как ничтожный (недействителен с момента его заключения без необходимости констатации этого факта судом) или оспариваемый (недействительность которого подлежит установлению судом) сделка может рассматриваться только завершен и согласован с точки зрения его содержания и формы юридический акт. Ведь его незавершенность не может повлечь юридически значимые последствия, на наступление которых были направлены действия его участников, а потому и нет необходимости самим сторонам констатировать его ничтожность без обращения в суд или инициировать его признания недействительным в судебном порядке для оспариваемых право - чинов. Полная завершенность любой сделки заключается в соблюдении субъектом (субъектами) осуществление всех предусмотренных для его действия юридически значимых действий, характеризующих учета требований законодательства относительно его формы. Ведь только в этом случае сделка (исходя из его соответствия общим условиям силу сделок, определенных положениями ст. 203 ГК Украины) мог бы считаться действительным и порождать те правовые последствия, на возникновение, изменение или прекращение которых он был спря-мований. В частности, договор не может быть признан недействительным на стадии оферты, потому что процедура его заключения еще завершит-на и, возможно, он никогда и не будет считаться заключенным, например из-за невозможности окончательного согласования воли сторон договора. Но заключения договора хотя и состоит из двух взаемоузгодже - ных стадий - оферты и акцепта, является единственным актом. Таким образом, договор как сделка, вступает в силу, как правило, вследствие стечения свободы его заключения в рамках единого согласованного между сторонами акта волеизъявления (с точки зрения его формы он может заключаться и во встречных актах волеизъявления), при наличии предусмотренных законом оснований может быть признан недействительным только после завершения комплекса действий, достаточных для возникновения, изменения или прекращения соответствующих прав и обязанностей. Важность учета волеизъявления первобытных субъектов именно на установление правоотношений, возникающих на основании оформления и эмиссии ценных бумаг, отмечает М. М. Агарков. По этому поводу он пишет, что «на практике определение того, принадлежит документ к ценным бумагам, может в отдельных случаях оказаться сложным. Решать этот вопрос необходимо после рассмотрения совокупности об-ставин, позволяющие судить о том, какая воля сторон, - желали они сделать бумагу необходимым для осуществления выраженного в точ-м права или нет. Облегчает задачу принадлежность ценной бумаги к такому типу, обычно рассматривается в гражданском обороте как ценная бумага ».

Механизм установления удостоверенного документарным ценным бумагой имущественного права, а следовательно и порядок согласования окончательного ного волеизъявления эмитента и первого приобретателя прав на документ, отличается от процедуры заключения договора. Он состоит обычно из двух взаимосогласованных, но самостоятельных актов - оформление документа путем заключения эмитентом односторонне-упра - воможуючого сделки и его эмиссии уже как объекта-инструмента удостоверения, конструкционно воплощенного в его реквизитах имущественного права. Вторым актом рассматриваемого юридического состава для ценных бумаг индивидуальных эмиссий являются односторонний неформализованный акт принятия документа первым приобретателем прав на него, а для ценных бумаг массовых эмиссий - их размещения путем заключения соответствующего, как правило, возмездного договора.

Ценная бумага, оформленный эмитентом с нарушением установ-ленных реквизитов и формы без акта его эмиссии путем принятия документа первым приобретателем, не влечет возникновения по-свидетельств ним имущественных прав. Возникает вопрос: может до-ментарний ценная бумага признан недействительным сразу после его оформления при несоблюдении установленных реквизитов и формы, или это возможно только после его эмиссии путем передачи первом приобретателю? Есть основания считать, что документарная ценная бумага, которая не соответствует требованиям законодательства из-за несоблюдения установленных реквизитов и формы, может быть признан недействительным сразу после его оформления. Теоретически это обусловлено конститутивнистю документарного ценной бумаги, если принять во внимание потенциальную возможность нарушения прав первых и последующих правоприобретателях за ним. Ведь их конститутивнисть заключается в их значении документов, владение которыми позволяет управоможений лице обратиться к эмитенту с правом требования выполнить в пользу обязанности, корреспондирующих удостоверенным ними имущественным правам. Несанкционированное попадания недействительной из-за несоблюдения установленной законом формы и реквизитов документарного ценной бумаги в гражданский оборот, учитывая его конститутивнисть, не исключает создания возможности возникновения неблагоприятных имущественных последствий как для первого, так и для последующих (добросовестных) приобретателей прав на него. В наибольшей степени этому риску подвержены приобретатели прав на ценные бумаги на предъявителя, однако именные и ордерные документы также могут быть объектом тех или иных злоупотреблений, например, в случае фальсификации имени управоможенои лица при осуществлении именного или ордерной передаточной надписи (индоссамента) относительно именных или ордерных ценных бумаг соответственно. Признавать ценная бумага ник-вежливым соответствии с положениями актов действующего гражданского законода-тельства Украины нет оснований. Однако признание документа не действует-с ним (как такового, что не соответствует требованиям актов действующего законода-тельства по его формы) в судебном порядке и его изъятия у эмитента как до, так и в ходе его эмитирования имеет превентивное значения. Превентивный способ защиты права собственности в цивилисты - эти охарактеризовала И. В. Жилинкова. Нормативными основаниями для такого определения последствий невыполнения требований актов действующего законодательства Украины относительно формы и реквизитов документарных ценных бумаг служить, несмотря их терминологическую несовершенство, ч. 1 ст. 218 и ч. 2 ст. 196 ГК Украины.

Теоретически обоснованным и оправданным с точки зрения право - применимой практики является признание российским законодательством пра - вочину по оформлению документарного ценной бумаги ничтожным при несоблюдении предусмотренных для его действия требований относительно его реквизитов и формы. Эти положения учитывают, что ничтожность сделки означает его недействительность независимо от ее признания судом (п. 1 ст. 166 ГК Российской Федерации). Аналогичное правило содержится и в ч. 2 ст. 215 ГК Украины. В соответствии с положениями нового ГК Украины несоблюдение установленной для них формы и реквизитов приводит лишь к непризнанию документов ценными бумагами. Поэтому положения ч. 2 ст. 196 ГК Украины являются непоследовательными с точки зрения неопределенности таких последствий совершения этих действий, как дальнейшая судьба документа и переданных взамен имущественных благ.

Закрепленное положениями п. 2 ст. 196 ГК Украины правило о том, что документ, который не содержит обязательных реквизитов ценных бумаг и не отвечает форме, установленной для них, не является ценной бумагой, позволяет поставить еще одну проблему, имеет не только теоретическое, но и практическое значение . Это проблема определения дальнейшей юридической судьбы документа, что, несмотря на намерение сторон установить для него правовой режим ценной бумаги, был составлен с нарушением приведенных положений актов гражданского законодательства Украины. Эта проблема была предметом рассмотрения в цивилистике. В ходе предоставления предложений относительно путей ее решения были высказаны некоторые суждения, которые заслуживают внимания. В част-ности, Ф. К. Савиньи отмечал, что «бумаги, не имея формальной силы, могут быть доказательством долга». Д. А. Медведев отмечает, что «при отсутствии строго формальных реквизитов, которыми характеризуется ценная бумага, документ становится недействительным».

Рассмотрим последствия невыполнения требований действующего законодательства относительно формы и реквизитов ценной бумаги на примере векселя, имея в виду то, что вексельные отношения на сегодняшний день достаточно распространены в гражданском обороте и урегулированы найдеталь - нише. Положениям вексельного законодательства свойственным является установление жестких (с точки зрения правовых последствий их несоблюдения) требований, касающихся формы и реквизитов векселя. Особенно важно соблюдение правил оформления векселей при их использовании в качестве средства международных платежей и расчетов. Н. Рассказова по этому поводу отмечает, что вексель, как интернациональный финансовый инструмент, «должен быть максимально конкретным, однозначным в деталях, ясным по смыслу для всех участников правоотношений, независимо от их принадлежности к тому или иному экономико-правовой среды».

Несмотря на довольно высокую степень разработанности и совершенство национального вексельного законодательства по сравнению с уровнем рег-ламентации отношений, возникающих в сфере обращения других видовых конструкций ценных бумаг, в правоприменительной практике иногда возникают судебные споры, связанные с последствиями несоблюдения требований относительно формы векселей. Эти последствия закреплены в нормах Положения о переводном и простом векселе (далее Положения), основанного на положениях Женевской конвенции от 7 июня 1930 г., особенности и пределы действия которого определяются Законом Украины «Об обращении векселей в Украине» от 5 апреля 2001 . В соответствии со ст. 2 Положения документ, в котором отсутствует какое-либо из обозначений, указанных в предшествующей статье, не имеет силы переводного векселя. Такая формулировка положений приведенной статьи Положения не исключает возможности при несоблюдении требований законодательства относительно установления в тексте векселя необходимых реквизитов ставить вопрос о действительности удостоверенной им долгового требования. В этом случае отношения, основанные на оформлении и эмиссии векселя, рассматриваться не выходя из общих принципов вексельного права, а в соответствии с положениями обязательственного права. Признании векселя, не имеет вексельной силы, может нарушить права векселедержателя как управоможенои в вексельных правоотношениях лица. Правовой статус данного лица в зависимости от вида векселя, стадии его обращения и других условий может приобрести и ремитент, и индоссант, и авалист, и вексельный посредник. Правовой интерес указанных лиц в рассматриваемом случае заключается в своевременном удовлетворении должником-эми - тентом заверенной векселю долгового требования.

Пункт 1 ст. 1 Положения содержит правило о том, что наименование «вексель», как один из его основных реквизитов, по-винно быть включенным в текст документа и выраженным на том же языке, на котором документ составлен. Исходя из этого, в отношении векселя даже расхождение языка, на котором изложены наименование документа «вексель» и другие реквизиты, определяющие его специфики как видовую конструкцию ценной бумаги, является основанием для признания его недействительным. Это связано с тем, что в момент уста-новленном вексельного правоотношения и при дальнейшем участии векселя в гражданском обороте все заинтересованные субъекты должны иметь четкое представление о том, что в документе воплощена конструкция векселя, то есть он не является другим видом « обычных »долговых доку-ментов. Однако неоднозначность толкования положений действующего вексельного законодательства на практике привела к возникновению судебного спора.

Общество с ограниченной ответственностью «К» обратилось в Алчевский городской суд Луганской области с жалобой на отказ в совершении нотариального действия. В жалобе ООО «К» речь шла о том, что государственный нотариус Первой государственной нотариальной конторы г. Алчевска отказал заявителю в осуществлении протеста векселя, выданного ОАО «АМК». Основанием отказа в совершении нотариального действия было заполнение «от руки» на русском языке стандартного сертификата векселя, основная часть реквизитов которого (в том числе и наименование «вексель») была выполнена печатным способом на украинском языке. По мнению государственного нотариуса, этими действиями векселедателя были нарушены приведенные положения вексельного законодательства, в связи с чем спорный документ не вступил вексельной силы.

Рассмотрим позицию государственного нотариуса с точки зрения теории вексельного права. Указание в тексте документа наименование «вексель» («вексельная метка») в момент оформления и выдачи ценной бумаги первому векселедержателю, а также в ходе дальнейшего обращения обеспечивает четкое представление всех субъектов динамично плане возможной частой смены их субъектного состава, а следовательно и деперсонифицированных (в отличие от других - относительных, обязательственных отношений, обычно четко персонифицированные) вексельных правоотношений о том, что переданный им документ является именно векселю, а не другим долговым документом (долговой распиской, договору займа и т.п.). Поэтому установленный положениями вексельного права обязанность векселедателя заполнить бланк векселя на том же языке, на котором выполнена и так называемая «вексельная метка» - наименование документа, не следует толковать так буквально. Ведь полный текстуальное совпадение русском и украинском языках наименование ценной бумаги «вексель» полностью исключает возможность введения в заблуждение кого-либо из участников вексельного обращения по его принадлежности к рассматриваемой конструкции и правового режима, которому подчинен этот документ. Кроме того, несмотря на признанную большинством правоведов жесткую формальность конструк-ции векселя как ценной бумаги, подобное толкование положений вектор сельного законодательства на практике может привести к потере доверия субъектов гражданского права к данному виду документов. Различие между наименованием ценной бумаги и характером удостоверенного им имущественного права может привести к возникновению спора между субъектами данных правоотношений по возможности распространения на документ правового режима ценных бумаг. Потенциальная возможность возникновения значительного количества судебных споров по этому поводу может поставить под сомнение публичную достоверность векселей как ценных бумаг. С практической точки зрения это может негативно сказаться на кредите доверия заинтересованных субъектов гражданских отношений к ценным бумагам вообще и векселей в частности. Ведь общим назначением ценных бумаг является придание универсальной оборотоспособности и гарантированной осуществимости удостоверенным ими имущественных прав, обеспечивается и контролируемым со стороны государства особым образом. А это, в свою очередь, может негативно повлиять на общий инвестиционный климат в Украине и сказаться на динамичности функционирования рынка ценных бумаг и экономики в целом.

Наконец рассмотрим ценная бумага, не соответствует вы-требованиям законодательства вследствие несоблюдения необходимых рекви-ентов и формы, с точки зрения возможности признания его долговым к-документом, который устанавливает имущественное право, характер и объем которого выражен в его содержании. В связи с этим возникает вопрос, может оформления ценной бумаги (при несоблюдении требований закона относительно его формы или реквизитов) считаться основанием возникновения от-ношений, подлежащих регламентации в соответствии с положениями об-щих норм гражданского (в частности, обязательственного) права? Ведь документ может приобрести характер ценной бумаги как объекта граж-ных прав только при условии соблюдения необходимых формы и рекви-ентов, а также его надлежащего выпуска (выдачи) первом приобретателю. При признании документа ценной бумагой на отношения, возни-кают в результате его оформления и эмиссии, распространяется правовой режим, который существенно отличается от порядка правового регулирования, обусловленного общими положениями обязательственного права. Правовой режим ценных бумаг характеризуется использованием своеобразного с точки зрения его комбинованости комплекса правовых средств, установленных не только общими положениями обязательственного и вещного права, но и специальным нормам. Пока документ не будет передан первому приобретателю, правоотношения, объектом которых он является как ценная бумага, не возникнет. Если надлежащим образом оформленный ценная бумага не передан первому приобретателю, последний не приобретет удостоверенных им имущественных прав (как правило, прав требования). Без осуществления этих действий нет оснований считать сделку заключенным, а потому и эмиссионно-удостоверяющие правоотношения в этом случае не возникнут. Исходя из этого, документ, который мог бы признаваться ценной бумагой, при соблюдении требований закона относительно установленных для его видовой конструкции реквизитов и формы, не может удостоверять факт возникновения имущественного права, порядок осуществления которого регламентируется общими положениями обязательственного права. Вместе с тем, с целью недопущения нарушения законных прав и интересов субъектов рассматриваемых отношений целесообразно правовые последствия невозможности отнесения документа к ценным бумагам закрепить более отчетливо на законодательном уровне. Указанные правовые последствия должны заключаться в признании сделки по оформлению ценной бумаги с Нарушение требований законодательства относительно их формы и реквизитов ник-вежливым.

Признание ценной бумаги, не соответствующей требованиям законодатель-ства относительно формы и реквизитов, документом, оформление которого влечет установление и регламентацию соответствующих отношений по общим правилам обязательственного права, невозможно и в случае, когда рассматриваемый документ был не только оформлен, но и выпущен в оборот. При этом необходимо учитывать следующее. Любое имущественное право, при его установке посредством оформления и эмиссии ценной бумаги, имеет значительные различия по порядке, способов, приемов его регламентации, в совокупности определяют его правовой режим, по сравнению с порядком право-го регулирования аналогичных отношений, основанных на положениях договора. Например, правовой режим облигации или иного долговых ного ценной бумаги (а значит и заверенного ими имущественного права) значительно отличаться от порядка правового регулирования долговых отношений, возникших на основании договора займа. Однако договор как универсальный правовой средство и в механизме регулирования эмиссионно-удостоверяющих отношений и играет важную, но несколько иную роль. Ведь механизм выпуска в гражданский оборот ценных бумаг массовых эмиссий, как отмечалось, характеризуется установлением соответствующих договорных отношений между эмитентом и первым приобретателем. Содержание договоров, с помощью которых осуществляется первичное размещение выпуска ценных бумаг массовых эмиссий, определяющие права и обязанности эмитента-должника и первоначальной ного кредитора - первого приобретателя документа и удостоверенных им имущественных прав. В этом случае правовой интерес первого приобретателя прав на ценную бумагу к нему определяется не только характером и содержанием удостоверенного им имущественного права, но и правовым режимом ценной бумаги как конститутивного документа. При установлении имущественного права на основании общих положений обязательственного права оно приобретает лишь значение одного из элементов содержания договора. При этом правовой интерес управоможенои лица определяется в первую очередь характером и содержанием рассматриваемого имущественного права, а документ, в котором оно формализованное, не имеет конститутивного значения (как ценная бумага), а есть лишь доказательством возникновения определенных отношений. Кроме того, договор может считаться заключенным только в случае достижения согласия сторон по всем существенным условиям договора, а для реальных договоров еще и исходя из факта передачи вещи или совершения иных действий, необходимых для его признания заключенным. При таких обстоятельствах нет оснований считать достигнутой согласие сторон по всем существенным условиям договора, в частности несогласованным возникает его предмет. Предметом договора в рассматриваемом случае является передача ценной бумаги эмитентом первому приобретателю как специфического объекта-инструмента удостоверения имущественных прав. Рассмотрение удостоверенного ценной бумагой имущественного права как самостоятельного содержательного элемента рассматриваемого договора, без учета намерения сторон установить соответствующие права и обязанности по ценной бумаги, не соответствует сути отношений сторон. Из этого следует, что согласие в отношении установки для имущественного права, которое должно было бы составлять содержание ценной бумаги (если бы не указанные нарушения формы и реквизитов), общего порядка его правовой регламентации, предусмотренного положениями обязательственного права, эмитентом и первым приобретателем не достигнуто. Исходя из этого, и только оформленный документ, и уже выпущен в гражданский оборот, при несоблюдении положений законодательства Украины по их формы и реквизитов, не могут рассматриваться как воплощение конструкции ценной бумаги. Вместе с тем, относительно ценных бумаг (не считая условность применения этого термина в отношении документов, не получили этого значения), взамен передачи которых эмитент получил соответствующий имущественный эквивалент, документ подлежит рассмотрению как доказательство наличия соответствующего долга.

Итак, в этом случае следует исходить из того, что указанный сделка может рассматриваться как доказательство существования определенных отношений (в частности, по передаче денег в оплату ценной бумаги), но не может опреде-ваться свидетельством возникновения эмиссионно-удостоверяющих отно-сын. Поэтому на практике возможные судебные споры, предметом которых является требование заинтересованной стороны (приобретателя документа) о рассмотрении ценной бумаги, оформленного и выпущенного в гражданский оборот с нарушением рассматриваемых обязательных требований, как документа, являющегося основанием возникновения определенных обязательственных отношений в соответствии с общих положений обязательственного права. Это чаще всего касается долговых ценных бумаг (например, векселей, облига-ций, сберегательных сертификатов), которые могут равняться в этом случае к договору (или долговой расписки), подтверждающий факт передачи соответствующей денежной суммы. Проблемным является вопрос определения возможности учета весомости правовой информации, составляющей его «реквизитный состав» (при всей условности при-менение такого словосочетания в отношении документа, не является ценной бумагой). Ведь эмитент в одностороннем порядке намеревался подчинить документ правовому режиму документарных ценных бумаг, аналогичные намерения были и у первого приобретателя прав на него. Поэтому следует признать, что учет всех без исключения условий выпуска ценных бумаг, определенных в реквизитах такого документа, нецелесообразно. Такой документ может рассматриваться лишь как простое доказательство факта передачи денежной суммы, составляющей номинал ценной бумаги, свидетельствовать в пользу его возвращения и не может заставить обязанное сторону - «эмитента» - платить проценты или совершать другие действия, которые должны были осуществляться в рамках эмиссионно-удостоверяющих отношений, так и не возникли. Возвращение такой суммы должно рассматриваться в соответствии с положениями об обязательствах, возникающих в связи с приобретением или сохранением имущества без достаточного правового основания, предусмотренные ст. 1212 ГК Украины. Ведь правоотношения, на возникновение которых была направлена воля эмитента и первого приобретателя прав на ценные бумаги, так и не возникли. Поэтому деньги или другие ценности, полученные эмитентом в результате эмиссии документарного ценной бумаги, который не соответствует требованиям законодательства, приобретенные им безосновательно. Следовательно эмитент выступает как лицо, получившее соответствующее имущество безосновательно, поэтому он должен вернуть его владельцу (первому приобретателю прав на документарная ценная бумага). Указанное недоговир - не обязательство эмитента перед первым приобретателем прав на ценную бумагу возникает в случае, когда основание приобретения такого имущества (непризнание документа, в оплату которого были переданы средства, ценной бумагой) со отпала.

Таким образом, рассмотрены положения ч. 2 ст. 196 ГК Украины, исходя из буквального толкования диспозиции этой нормы (в отличие от аналогичных положений ГК Российской Федерации) не вы-определяют недействительности односторонне-управоможуючого правочы - ну, формой которого является сертификат ценной бумаги. Это объясняется прежде всего прагматическими соображениями, ведь на практике учета значимости одного и того же правового явления как объекта гражданских прав и в то время как формы сделки может привести к непредсказуемым последствиям. Осознание же инструментального назначения ценных бумаг в механизме защиты прав и законных интересов субъектов эмиссионно-удостоверяющих отношений требует учета и разграничения на практике сделки по оформлению ценных бумаг и юридически значимых действий, на основании которых осуществляется их эмиссия. Учитывая, что в механизме установления имущественных прав, удостоверенных ценными бумагами индивидуальных эмиссий, встречный односторонний акт принятия ценной бумаги не будет формализуется в отдельном документе, недействительным следует признавать сам документ, законодательно определив его ничтожность. Ценные бумаги массовых эмиссий характеризуются относительным разграничением одностороннего акта формализации имущественного права эмитентом и их размещение путем заключения соответствующего эмиссионного договора. Таким образом, в характерном для них механизме защиты признания ничтожным самой ценной бумаги при его характеристике как формы выражения односторонней сделки эмитента следует отграничивать от недействительности эмиссионного сделки. Ничтожность ценной бумаги, учитывая отстаиваемой его значение, всегда, во всех без исключения случаях приводит к признанию эмиссионно - удостоверяющих отношений такими, что не возникли. Признание не-действительным эмиссионного сделки, как правило, не приводит к НЕ-возможности возникновения эмиссионно-удостоверяющих правоотношений по поводу указанных ценных бумаг одного эмитента в будущем между их эмитентом и другим приобретателем прав на них. Например, покупка пакета облигаций по договору, который был совершенное емитен-том под влиянием насилия (ст. 231 ГК Украины), или со стороны пер-вого приобретателя прав был заключен юридическим лицом, не имело права его совершать (ст. 227 ГК Украины ), или с нарушением других требований законодательства, не приводит к признанию недействительности этих облигаций при их рассмотрении в исследуемом значении.

Не приводит к недействительности соответствующей видовой конструкции ценных бумаг массовых эмиссий и признании недействительным сделок, опосредующие их участие в гражданском обороте. Представим, например, что пакет документарных ценных бумаг массовых эмиссий (акций, облигаций, депозитных сертификатов и т.п.) был продан несовершеннолетним лицом, физические данные которого не позволяют раз-познать ее несовершеннолетия, на вторичном, неорганизованном рынке ценных бумаг другому лицу (что не запрещено) без необходимой в этом случае согласия его родителей или других законных представителей. С одной стороны, как совершенное за пределами объема дееспособности неполной нолитнього, по иску заинтересованного лица такая сделка может быть признана судом недействительной на основании положений ч. 2 ст. 222 ГК Украины. А с другой стороны, в соответствии с положениями ч. 1 указанной статьи, такая сделка может быть впоследствии одобрен родителями или другими представителями несовершеннолетнего лица в порядке, определенном ст. 221 ГК Украины. Не приводит к недействительности самой ценной бумаги в смысле формы выражения односторонне-вправо - можуючого сделки и признании недействительным не только договоров, но и соответствующих односторонних сделок, предметом которых являются соответствующие действия в отношении ценных бумаг. Например, признание недействительным завещания, который заключался в отношении имущества, среди состав которого и ценные бумаги, не приводит к недействительности остальных. Они могут и в дальнейшем принимать участие в гражданском обороте до момента их погашения или прекращения удостоверенных ими имущественных прав по другим основаниям (например, имущественные и личные неимущественные права, удостоверенные акциями, могут прекратиться вследствие банкротства АО, является их эмитентом).

Изложенное свидетельствует в пользу признания ценных бумаг уни-кальной для частноправовой сферы общественных отношений многофункциональным и универсальным объектом-инструментом, значимость которого как оборотоспособные формы односторонне-управомо - жуя сделки эмитента позволяет обеспечивать не только все возможные аспекты осуществления удостоверенных ими имущественных прав. Возможность отдельного признания недействительными не только эмиссионных договоров и других сделок, обеспечивающих их участие в гражданском обороте, но и односторонне-управоможуючого сделки, его совершает эмитент, формой которого выступает сертификат ценной бумаги или глобальный сертификат, позволяет обеспечить надлежащий уровень защиты прав и законных интересов всех (включая эмитента) субъектов эмиссионно-удостоверяющих отношений. А это, в свою очередь, способствует достижению важнейшей идеальной цели функционирования механизма правового регулирования эмиссионно-удостоверяли - ных отношений - обеспечение беспрепятственного осуществления имущественных прав, удостоверенных ценными бумагами и, как следствие, установление повышенного кредита доверия всех заинтересованных субъектов к этому уникальному об 'объекта-инструмента.


Получите за 15 минут консультацию юриста!