Sidebar

В связи с частыми изменениями в законодательстве, информация на данной странице может устареть быстрее, чем мы успеваем ее обновлять!
Eсли Вы хотите найти правильное решение именно своей проблемы, задайте вопрос нашим юристам прямо сейчас.

Предыстория вопроса: длительное время Высший административный суд Украины (ВАСУ) последовательно придерживался позиции, что право на обращение в суд с иском является возможностью лиц инициировать производство по делу с целью судебной защиты нарушенных прав, свобод или интересов. Это право не всегда совпадает с правом на судебную защиту. Само по себе обращение в суд за защитой не означает, что суд обязан предоставить такую защиту. Чтобы предоставить защиту, суд должен установить, что лицо действительно имеет право, свободу или интерес, о защите которых оно просит и которые нарушены ответчиком. Значит, право на судебную защиту имеет только то лицо, которое является субъектом нарушенных прав, свобод или интересов, а право на обращение с иском имеет более широкий круг субъектов (определение от 28 октября 2009 года по делу № К-7452/09-С).

Вроде бы все просто: заинтересованное лицо реализует право на обращение в суд, если считает, что его права, свободы или интересы нарушены, а у суда возникает обязанность решить дело, если соблюдены порядок и сроки обращения.

Лицо получает право на судебную защиту, когда суд в ходе рассмотрения дела установит, что действительно имело место нарушение. Если же нарушение не установлено, тогда право лица на обращение в суд реализовано, но защита не предоставляется.

Много лет именно такого подхода придерживались суды, хотя иногда были основания вести речь о злоупотреблении правом на обращение в суд. А как иначе охарактеризовать ситуацию рассмотрения, например, дел об отмене указов Президента о присвоении звания Герой Украины Р. Шухевичу и С. Бандере (определения ВАСУ от 02 августа 2011 года по делам № К-21156/10 и № К-24113/10)?! Как утверждал истец, указами, дескать, "нарушены его права, поскольку он является гражданином Украины и при наличии соответствующих оснований имеет право быть награжденным одной из государственных наград". Хотя по Конституции каталог прав и свобод человека и гражданина неисключительный, сложно представить реальное существование, а не выдуманность такого себе "права быть награжденным". Но это не помешало судам рассматривать дела и предоставить защиту будто бы нарушенному праву истца.

Однако в последние годы в практике Верховного Суда Украины (ВСУ) сформировалась другая позиция. Например, в постановлении от 12 апреля 2017 года по делу № П/800/589/16 указывается, что право обжаловать нормативно-правовой акт имеют лица, в отношении которых он применен, а также лица, являющиеся субъектом правоотношений, в которых будет применен данный акт. То есть обжаловать такой акт другие лица не могут. Такое же правило должно применяться и к правовым актам индивидуального действия. Право на защиту – это самостоятельное субъективное право, которое появляется у владельца регулятивного права только в момент нарушения или оспаривания последнего.

 

Поэтому отсутствие у кого-либо, в том числе и истца, прав или обязанностей в связи с изданием обжалуемого Указа не порождает для последнего и права на защиту, то есть права на обращение с иском.

В итоге ВСУ признал, что постановление ВАСУ об отказе в открытии производства основывается на правильном применении норм права.

Таким образом, ВАСУ и ВСУ распространили особые требования к праву на обращение с иском об обжаловании нормативно-правового акта на право обратиться с иском в отношении акта индивидуального действия. Однако КАС ни в предыдущей, ни в новой редакции не давал и не дает оснований для такого подхода. По нашему мнению, суды применили аналогию закона, что в итоге воспрепятствовало доступу к суду. Возможность обжаловать нормативно-правовой акт субъектом правоотношений, в которых только будет (то есть в будущем времени) применен этот акт, свидетельствует о гарантированном законом праве обжаловать акт в связи с нарушением интереса, который у лица есть уже сейчас. Суды отождествили оба понятия: "право на обращение в суд" и "право на судебную защиту", а потому отсутствие нарушенного права было установлено до открытия производства по делу.

На наш взгляд, основания для такого отождествления отсутствуют, ведь право на защиту не может появиться в момент оспаривания акта, оно возникает в случае установления судом нарушения прав, свобод или интересов лица в ходе рассмотрения дела.

 

Приведенная позиция фактически исключает интерес из массива социальных ценностей, которым может быть предоставлена защита, поскольку даже в случае отсутствия возникновения прав или обязанностей лица вследствие принятия обжалуемого акта индивидуального действия таким актом может быть нарушен интерес лица, который, по буквальному содержанию указанных выше решений, не подлежит защите.

По нашему мнению, содержание положений статьи 6 КАС (в предыдущей редакции) истолковано судами сужено. Несмотря на название данной статьи – "право на судебную защиту", в частях 1 – 3 речь шла о праве на обращение в суд, что логично, потому что право на обращение с иском является составляющей права на защиту. В то же время часть 4 предостерегает от лишения права на рассмотрение дела, что, по нашему мнению, также является элементом права на судебную защиту.

Однако есть примеры других подходов относительно понимания содержания понятия "права на обращение в суд".

Так, постановлением ВАСУ от 17 июля 2017 года по делу № 800/52/17(800/468/16) отказано в удовлетворении иска о признании незаконным решения Высшего совета юстиции. Указано, что граждане Украины имеют право обращаться в органы судейского самоуправления и их уполномоченным лицам с сообщениями, предложениями и заявлениями по вопросам внутренней деятельности судов, которые непосредственно не связаны с осуществлением правосудия. К таким обращениям относятся заявления и сообщения, содержащие сведения о наличии в деянии судьи признаков дисциплинарного проступка или нарушения им присяги. Бездействие относительно рассмотрения таких обращений и уведомление граждан о его результатах может быть предметом иска.

Постановлением ВАСУ от 10 июля 2017 года по делу № 800/174/17  отказано в удовлетворении иска к Высшей квалификационной комиссии судей Украины (ВККСУ). Истец указал, что назначение на должность судей ВС конкурсантов, не набравших минимально допустимого количества баллов по результатам этапа "Экзамен", нарушит реализацию права истца как гражданина Украины на справедливый суд.

В ходе рассмотрения дела № 800/391/17 по иску к ВККСУ ответчик утверждал, что у истца отсутствует право на обращение с иском, поскольку истец не является субъектом отношений, на которые распространяются полномочия Комиссии по квалификационному оцениванию судей. Однако дело было рассмотрено по сути.

Без сомнения, право не является законсервированной субстанцией, это – живая материя, которая постоянно развивается, хотя традиционно не успевает за развитием тех общественных отношений, которые право предназначено регулировать. Могут меняться позиции правоприменительных органов, прежде всего – судов. Вспомним решение Европейского суда по делу Vilho Eskelinen and Others v. Finland от 19 апреля 2007 года, где Суд кардинально изменил позицию относительно сферы применения статьи 6 Конвенции о защите прав человека и основополагающих свобод, которой раньше придерживался в течение значительного времени. Однако Суд привел содержательные аргументы в обоснование потребности такого изменения.

 

Признав необходимость обеспечить требования правовой определенности, предсказуемости, равенства перед законом, ЕСПЧ указал, что уклонение от применения "динамического и эволюционного подхода" к толкованию конвенционных положений создаст препятствия в развитии и улучшении механизмов защиты прав человека.

 

Однако, на наш взгляд, результаты толкования, которые имеют следствием сужение практических возможностей в доступе к суду, что демонстрируется нами на примере некоторых дел, не могут считаться способствующими эффективной защите прав, свобод и интересов человека.


Получите за 15 минут консультацию юриста!